Безумный Макс: Дорога ярости

В мире, где не осталось ни воды, ни пищи, ни надежды на лучшее будущее, ярость – последнее топливо для истерзанных душ выживших. Новый «Безумный Макс» - это даже не фильм о ярости, а фильм-ярость как таковая. Одна эмоция, переливающаяся всеми оттенками на энном количестве метров пленки.

Удовольствие от просмотра сравнимо с тем, что можно получить от прослушивания звуков, возникающих, когда кто-то методично царапает стекло, и стремление досмотреть отдает мазохизмом: сплошь изуродованные персонажи, выкачивание из живых людей крови по трубочкам, дергающееся видеоизображение, грозящее скорым эпилептическим припадком. Тем не менее, есть что-то гипнотические (и даже психотерапевтическое) в этой бесконечной кровавой гонке по бескрайним пескам.

Немало зрителей сетуют на отсутствие у «Дороги ярости» сколь-нибудь интересного сюжета и избыток трюков со спецэффектами. Действительно, это тот случай, когда в аннотации происходит едва ли не больше, чем в самом кино. В бесплодной пустыне бессловесный герой-по-неволе с затуманенным взором, тот самый Макс, примыкает к чуть более определившейся с целями воительнице Фуорисе. Составив функциональную боевую единицу, они едут на поиски Земли Обетованной, непрерывно отбиваясь от погони, круша врагов и теряя соратников, пока на фоне сменяются оранжевые дни и синие ночи.

Миллер нашел в себе смелость не пытаться подвести под захватывающую хореографию авто-боёв так называемую «смысловую нагрузку» или, чего хуже, «философский подтекст», чем часто грешат голливудские боевики. И выглядит это полностью оправданно – в ситуации, когда нет передышек в борьбе за выживание, ничему кроме инстинктов не остается места, а редкие проявления человечности в зомби-персонажах, вроде поцелуя в щечку в разгар боя, как деревья в пустыне, только подчеркивают общий ландшафт. Бескомпромиссность и чистоту жанра критики приравняли к авторскому высказыванию, благодаря чему аттракцион под названием «Безумный Макс» и пользуется столь повышенным вниманием. Также они (критики) утверждают, что картина Миллера – глоток свежего воздуха в жанре «экшн», но с этим пусть соглашаются или не соглашаются этого жанра любители.

Зачем вообще «Дорогу ярости» смотреть «не любителю»? Во-первых, это красиво (эстетику отвратительного никто не отменял). Во-вторых, это щекочет нервы и провоцирует выброс адреналина прямо в кровь, минуя мозг. И в-третьих, тут хотя бы не стыдно за ужасные диалоги, как в последних «Мстителях». А если серьезно, то посмотреть «Безумного Макса: Дорогу ярости» нужно, чтобы выпустить пар - как на хороший рок-концерт сходить, на что режиссер недвусмысленно намекает лихим оркестровым сопровождением отрядов захвата. Не так важно, что играет – лишь бы басы погромче ревели. И сам фильм вполне мог бы быть просто клипом на какой-нибудь “Highway to hell”, который решили развернуть на полный метр.

P.S.: В финальном титре мы, конечно узнаем, что вместе с героями всё это время ехали и едем «в поисках лучших себя», и немедленно попытаемся переосмыслить увиденное. Но это, как мне кажется, уже другая история. 

До просмотра фильма я только и слышала вокруг себя задыхающиеся от восторга дифирамбы, но синдрома завышенных ожиданий не случилось. Дорога ярости — это самое эпичное дизель-панковое кино в жанре погони из всех известных мне. Крайне сложно избежать восклицательных знаков и слов в превосходной степени, говоря о нем. Сенсационное кино! Лучший блокбастер лета! Новый адски прекрасный аттракцион ретрофутуризма в декорациях Песков и Пустошей!!!!1 )) 

Австралийский режиссер Джордж Миллер, как и 36 лет назад, очарованный дорогой и движущимися по ней механизмами, снял четвертую и лучшую часть Безумного Макса, используя минимум компьютерных средств и спецэффектов и максимум трюков, выполненных в старых-добрых реальных условиях старыми-добрыми живыми каскадерами. От такого олдскула хочется срочно запрыгнуть в кожаные штаны, сделать “козу”, потрясти хаером и возопить: What a day! What a lovely day! Ну или что-нибудь из AC/DC. 

В здешнем мире Постапокалипсиса самый ценный ресурс — вода, на втором месте — топливо, на третьем — оружие. На кону борьба за существование, где побеждает, как водится, сильнейший. Не до глупостей. Бывший полицейский Макс Рокатански, одинокий ковбой средь барханов, одержим одной целью — выжить. 

Парадоксально, но этот фильм вообще не должен был выйти на экраны, во всяком случае в том виде, с которым мы сейчас знакомы. Помех было предостаточно. Не успели приступить к съемкам, как слился проверенный годами и Миллером оператор, проливные дожди превратили ландшафт пустыни чуть ли не в буйное цветочное поле, были проволочки и с деньгами. Но не зря Миллер десять лет высиживал свой проект, как драконье яйцо. Чудо должно было свершиться. И воротилы из Уорнер Бразерс, полные энтузиазма после нового Форсажа, все-таки дали австралийскому режиссеру в обе руки и денег и зеленый свет на продолжение франшизы. В ход пошли тысячи выстраданных раскадровок вместо сценария, все самые безумные идеи Миллера и сопричастных. И получилось грандиозно! Мир песчаных бурь, бешеных моторов, ретро-каров и дизель-панка нарисован просто офигенно! Вселенная Полураспада показана максимально реалистично, объемно и даже гораздо более убедительно, нежели в предыдущих частях.

Конечно, экшн играет тут первую скрипку. А точнее бьет в барабаны и одиозно запиливает рифы на огнедышащей гитаре. Магически ревет сотнями моторов. Кто бы мог подумать, что боевая фура — боевая фура, понимаете?! — может вызвать бурю восторга в девичьей душе?

И хоть формой проект вышел в первую очередь (что вменяется ему в вину частью зрителей), в качестве бонуса есть тут и горстка аллегорий. На наш мир, конечно. Внезапно, шаря в ведерке с попкорном, можно нашарить и экологический подтекст, и политический.  Злободневный, короче говоря. О легковерной и внушаемой молодежи, руками которой вершится судьба мира, только дивиденды от этого получают Несмертные Джо. Или о том, что может произойти после разлива нефти в Мексиканском заливе.

Иными словами, вылупилось у Миллера гениальное экшн-муви. С идеальным балансом между мытарствами и рефлексиями главных героев и собственно действием. И что особенно приятно — в Эре Полураспада не нашлось места гендерным стереотипам, спекуляциям на острых темах вроде сексуальных меньшинств и ущемления прав афроамериканцев, красивым, но деланным страданиям на идеальных лицах, картонным персонажам и ненужному и пошлому пафосу. У каждого героя, даже второстепенного, есть своя история, ни один не выглядит ходульным или ненастоящим. Том Харди сыграл ровно и образцово: красноречиво мычал, убедительно молчал. Фуриоса в исполнении Шарлиз Терон просто бесподобна. Сцены с ней самые душещипательные, и глаз от нее не оторвать. Накс жжет напалмом и подкупает своей голубоглазой наивностью. Даже кобылицы выглядят красиво в кадре и изображают необходимые эмоции. Во всем этом секрет успеха нового Безумного Макса.

В общем, это сверхудачный перезапуск старой франшизы. Ода дороге. Движению. Крутейшим механизмам, настоящим адским монстрам на колесах. Легендарное возрождение культа. Культа поклонения бензиновому богу и смертельно прекрасной гонке. И если относиться к Дороге ярости как к мегазрелищному, эффектному и качественному блокбастеру — будет вам счастье. А ежели ныть об утрате нравственных ориентиров и искать логику там, где заниматься нужно более веселыми вещами, то Миллер тут не виноватый )

^{* Я жив, я умер, я воскрес!"- боевой клич Бойцов Полураспада}

Как то, давным-давно, некий Джордж Миллер проверил уровень пороха в пороховницах и присел за рабочий верстак на тридцать лет. Без лишнего шума, неторопливо и деловито орудуя напильником и кусачками, напилил мифологию, экологию, гендерное равноправие. Религию и политику смешал с яркими запоминающимися образами, добавил изрядную порцию визуальной шрапнели и действия, забил все это в патрон, зарядил свой обрез и выстрелом в упор всадил эту убойную смесь в голову зрителю. В упор. Из обоих стволов разом.Мозги расшвыряло на километр.

Он, как высочайшего октанового числа бензак, заставил работать на максимальных оборотах всех и вся: съемочную группу, адские механизмы на колесах, силы природы и мироздания, черт подери. Все, что у другого могло получиться иначе, хуже и неестественнее, даже глупее в чем-то, у этого вечного мальчишки выходит именно так, как нужно. Так, как мы в душе и желали. Фильм с крутой погоней, говоришь? На тебе - фильм, который и есть погоня, да еще какая! Говорят, первые сорок лет детства у мужчин проходят достаточно трудно…вторые судя по всему тоже, но разве тут есть на что жаловаться?

Жаждешь спецэффектов – вот тебе сражения на машинах, дизайн каждой из которых - настоящая песня апокалипсису и розовый сон механика-шизофреника. Сверху можешь положить впечатляющую своим масштабом песчаную бурю, достойную безжизненных равнин Арракиса. Вместо червя песчаного - металлический, в роли которого выступает бронецистерна, осажденная крепость на колесах. Добавить к этому факт, что большая часть трюков снималась не на фоне зеленого экрана, и вот тебе шикарное визуальное блюдо, да еще и приготовленное не на скорую руку, а с чувством, толком и расстановкой. Прожаренное!

Хочешь актерскую игру - получи добротный кастинг и индивидуальный рост персонажей. И не забудь отметить, что в фильме себя потрясающе проявили достаточно молодые актеры, причем некоторые из них до работы с Миллером выглядели достаточно посредственно. У каждого персонажа чувствуется стоящая за ним история - даже жестко отжигающий весь фильм на машине-усилителе слепой гитарист обладает собственной биографией, которая скоро должна превратиться в комикс, как и история Накса. А в случае с Максом и диалоги становятся не нужны, хватает одного прищура Тома Харди.

Желаешь интересного сюжета и запоминающегося сеттинга? Здесь есть не только красивая обертка в виде завораживающих видов и потрясающего своей детализацией и проработанностью антуража пост-апокалипсиса. Здесь есть своя мифология, свои традиции и боги. Алтари с рулями автомобилей, разделение на касты, кличи, ритуалы и татуировки, формирующие настоящую цельную культуру. Соединенные с водителями боевых машин «высокооктановые» жертвы, аква-кола, бензак - все это легкими мазками вплетается в картину ураганного экшена. Эти нюансы заседают в голове, будто незаметно пролетая мимо на экране во время просмотра на фоне экшена. Но потом мы все-таки обязательно вспоминаем о них и понимаем, что увиденное было гораздо глубже. Да и разве не похоже показанное возглавляемое Несмертным Джо «общество» на гипертрофированную окружающую нас реальность, доведенную в своей абсурдности до логического ее конца?

Уникальности фильму придают созданные им тонкие многослойные образы. Актрисы, играющие беглых сексуальных рабынь-производительниц, в некоторые моменты действительно напоминают белых лошадей. Длинноногих породистых кобыл, в этих их совершенно неуместных для обжигающего песка белых одеяниях. Тонкокостные, длинношеие, с подрагивающими, напряженными от испуга жилами и огромными глазами, которые в отличие от глаз Макса и Фуриосы смотрят на окружающий мир еще без циничного прищура. Пугливые, и в то же время способные так взбрыкнуть, что мало не покажется. А еще есть юноши-бойцы с промытыми системой мозгами, чьи тела покрыты белой краской. Они подобны призракам, духам битвы, мечущимся над ней в клубах пыли на огромных шестах, перелетающих с машины на машину и скалящихся серебряным оскалом в лицо смерти перед переходом в Вальхаллу.

Что касается визуальной части, то хочется отдельно отметить пейзажи. Никогда еще пустошь не была настолько выразительной. На ум здесь приходят и фильмы Серджио Леоне, и «Белое солнце пустыни», и «Бесплодные земли» Стивена Кинга. Белоснежный солончак, слепящий ярче солнца, сменяется выжженной каменистой равниной, пышущей жаром и колючей даже на вид из-за рассеянного по ней каменного крошева. Мелкие песчаные волны, обтекающие ноги героев, превращаются в вязкое грязевое месиво, укрытое туманом и зловонными испарениями. Иногда, движение в кадре создается только за счет цвета и света. А иногда весь кадр целиком и полностью состоит только из движения, из хаоса битвы, огня, крови и смерти.

Жестокость и жесткость в этом фильме уместны и более того, они здесь нужны. Это очень хорошо, что "Безумный Макс" не превратился в пресный детский фильмец, как новый "Вспомнить все". Миллер не пошел на поводу у рейтингов и сделал то, что задумал и так, как задумал - стильно, сильно, зрелищно и при этом действительно зубодробительно круто. Пресловутого пороха в пороховницах под завязку, родной обрез - на бедре. Вот моя голова, Миллер. Стреляй.