Кинофорум

Архив RS. Джим Моррисон: «Я веду спокойную жизнь в городе незнакомцев», 1969

Джим Моррисон, 1969

Мало кто из исполнителей вызывал столько же общественных дискуссий, как Джеймс Дуглас Моррисон, вокалист и автор песен группы The Doors. И никто из них не спровоцировал столь многих журналистов на использование такого количества мрачных образов, чтобы описать его харизму. Village Voice, к примеру, написали, что Моррисон — «первый крупный секс-символ, который появился с тех пор, как Джеймс Дин умер, а Марлон Брандо отрастил брюшко»; а в других текстах они называли его «кожаным тигром», «королем шаманов» и «эдипальным американским соловьем».

Люди из окружения музыканта пошли еще дальше. Если верить распускаемым им слухам, которые появляются с такой же регулярностью, с какой The Doors выпускают хиты, Моррисон всегда пьян и/или укурен, что он одновременно ангелоподобный мальчик из хора, попавший в плохую компанию, и сатир, каждую секунду мечтающий устроить дебош, что он грубый и едва умеет говорить, а также вежливый, тактичный и стеснительный.

На самом деле, впрочем, многие из этих образов не лишены оснований. За ту неделю, что я интервьюировал Моррисона, The Doors запретили выступать в Сент-Луисе и Гонолулу из-за обвинений в эксгибиционизме и пьянстве, которые были предъявлены Джиму после концерта в Майами. И в ту же неделю Моррисон закончил сценарий совместно с поэтом Майклом Макклюром и подписал контракт с Simon And Schuster на выпуск книги своих стихов.

Поначалу Моррисон не хотел давать интервью Rolling Stone, считая, что наше освещение концерта в Майами и последующих событий выставили его клоуном. В конце концов он передумал и в ходе наших бесед, которые в течение недели проходили в разных окрестных барах, доказал правоту слов, сказанных его менеджером Биллом Сиддонсом: «У Джима внутри жило много демонов... но я думаю, что теперь это осталось позади». Другими словами, Моррисон стал мягче и взрослее.

В первый раз мы встретились в офисе The Doors (удобно расположенном неподалеку от офиса лейбла Elektra и нескольких стрип-клубов) и разговаривали в соседнем баре под названием The Palms. Когда мы вошли туда, никто не обратил на Моррисона особого внимания, и дело было совсем не в бороде, которую он отрастил после Майами: музыкант здесь завсегдатай.

Как все это началось, как ты решил, что будешь исполнителем?

Я думаю, я подавлял желание заняться чем-то таким с тех пор, как услышал... Понимаешь, рождение рок-н-ролла совпало с моим взрослением, с тем временем, когда я начал понимать, что во мне происходит. Это произвело очень сильный переворот, хотя тогда я даже не думал о том, что буду заниматься этим сам. Я думаю, все это время я слушал и накапливал склонность к этому ремеслу. Поэтому, когда это наконец случилось, мое подсознание было полностью готово.

Я об этом не думал. Это просто случилось. Я никогда особо не пел. Я думал, что буду писателем или социологом, может быть, драматургом. Я не ходил на концерты, был от силы на одном-двух. Я видел что-то по телевидению, но никогда не был частью всего этого. Но у меня в голове сформировалась идея целого концерта — с группой и пением, и аудиторией, большой аудиторией. Первые пять или шесть песен, которые я написал, это были просто вещи, которые звучали на этом фантастическом рок-концерте у меня в голове. А когда я написал эти песни, я должен был их спеть.

Когда это случилось?

Около трех лет назад. Я только что закончил колледж и пошел на пляж. Первый раз за долгое время я был свободен. Я все время учился, пятнадцать лет. Это было прекрасное жаркое лето, и я начал слышать песни. Я думаю, у меня еще сохранился тот блокнот с песнями. Этот мифический концерт, который звучал у меня голове... Мне бы хотелось как-нибудь попробовать его воспроизвести, вживую или на записи. Я бы хотел воспроизвести то, что я в тот день услышал на пляже.

Ты когда-нибудь играл на музыкальном инструменте?

Когда я был маленьким, я играл на пианино, но мне не хватало терпения, чтобы заниматься.

А теперь ты хочешь начать на чем-нибудь играть?

Не особенно. Я играю на маракасах. Я могу сыграть пару песен на пианино. Это мои собственные песни, так что это не настоящая музыка, скорее шум. Я могу сыграть одну песню, но там всего два аккорда. Я бы хотел уметь играть на гитаре, но у меня к этому пока душа не лежит.

Когда ты начал писать стихи?

Где-то в пятом или шестом классе я написал стихотворение под названием «Пони-экспресс». Это первое, что я могу вспомнить. Это была своего рода баллада. Но я никогда не мог начать. Я всегда хотел писать, но я думал, что все будет зря, если не будет так, что рука просто возьмет ручку и начнет двигаться сама по себе, без моего участия. Что-то вроде автоматического письма. Но этого так и не случилось. Но, конечно, я написал несколько стихотворений.

Я написал «Horse Latitudes», когда был в старшей школе. В старшей школе и в колледже у меня было много записных книжек, но когда я закончил учиться, я их все выбросил — не знаю, было ли это мудрое или глупое решение. Нет ничего, что я бы так хотел заполучить, как те две или три записные книжки. Я думал о том, чтобы пройти сеанс гипноза или принять тиопентал натрия, чтобы попытаться вспомнить, потому что я писал там каждую ночь. Но может быть, если бы я их не выбросил, я бы никогда не написал ничего оригинального: там в основном были выжимки из вещей, которые я прочел или услышал. Я думаю, что если бы я не избавился от них, я бы никогда не был свободен.

Кем ты себя считаешь? Поэтом, рокером?

Я не вижу реакции окружающих на то, что я делаю, кроме как в прессе. Мне нравится все это читать. Когда ты живешь в Лос-Анджелесе, это несложно. Это город незнакомцев, и я веду спокойную жизнь. Наша группа не стала настолько же популярной, как некоторые другие, так что вокруг нас не было массовой истерии. Наверное, я считаю себя художником, который постепенно собирает материал. Я бы хотел основать свой собственный театр. Сейчас меня это очень интересует. Но мне все еще нравится петь.

Мне кажется, что многие рокеры не особо уважают эту форму искусства — они предпочитают говорить, что они джазмены или кинорежиссеры.

Понимаю, что ты хочешь сказать. Я думаю, что на самом деле большинству рок-музыкантов и рок-певцов нравится то, что они делают. Было бы психически тяжело делать это только ради денег. Я думаю, что главная проблема — в той ерунде, которую пишут музыкальные издания, колонки, посвященные слухам, и фанатские журналы. Человек, который играет на барабанах или поет, получает удовольствие от того, что он делает; а затем неожиданно на него наваливается вся эта чепуха. Тогда он начинает сомневаться в том, насколько ему этого действительно хочется. Всегда есть льстецы, которые просто щекочут твои нервы. Ты начинаешь чувствовать стыд и фрустрацию из-за того, что ты делаешь. Это неправильно, это очень неправильно. Я хотел бы выразить это более понятно, но я думаю, ты понимаешь, что я имею в виду.

Ты переживал это сам?

Да, должен признаться, что со мной это тоже бывало. Может быть, было бы лучше ничего не читать. Понимаешь, многое из критики — рецензий, такого рода вещей, — на самом деле очень полезно. Это действительно может помочь тебе, дать тебе хорошие идеи. Но когда ты начинаешь что-то читать, ты не можешь знать заранее, что там будет.

Как ты сам реагируешь на вещи, которые про тебя пишут?

Что может быть хуже, чем по-настоящему неудачная фотография? Фотография может заставить любого человека выглядеть как святой, как ангел, как идиот, как дьявол, как ничто. Часто причиной всему — случайность, но часто за этим стоит чья-то злоба. И очень часто за всем этим стоит идолопоклонство. Плохая фотография может нанести тебе серьезный психический урон. Ты понимаешь, что не ты сам, а кто-то другой решил представить тебя в таком свете.

Ты как-то сказал, что любишь петь одни песни больше, чем другие, что тебе нравятся вещи, которые оставляют простор для импровизации. Я правильно понимаю, что ты в первую очередь имел в виду вещи вроде «The End» и «The Music's Over»?

Когда эти песни попали на запись, они стали очень ритуализованными и статичными. Они были постоянно менявшимися, свободными вещами, но как только мы их записали, они как бы остановились. Впрочем, к тому времени они были на пике своего воздействия, так что это было не слишком страшно. Нет. На самом деле я имел в виду вещи, где музыканты просто начинают джемовать. Все начинается с ритма, и ты не знаешь, чем это закончится и сколько это продлится, и вообще о чем все это будет, пока все не заканчивается. Такие вещи мне нравятся больше всего.

Ты имеешь в виду инструментальную импровизацию или вокальную?

И ту и другую. Что-то в блюзовом духе. Я ловлю ритм, попадаю в реку звука, которая подхватывает меня, и я могу расслабиться и не думать о времени или о том, как все это начнется и закончится или что мне нужно будет говорить. Но не всем нравится такое слушать.

На первых трех альбомах в качестве автора песен указаны The Doors, а не отдельные музыканты; но, как я понимаю, на следующем альбоме будут указаны отдельные авторы. Почему?

Поначалу я писал большую часть песен, и слова и музыку. На каждом следующем альбоме Робби писал все больше песен. В конечном итоге, на этом альбоме, мы почти поделили песни поровну. У нас совершенно разное восприятие реальности, разные идеи. Поэтому я решил, что время пришло. Мы партнеры, понимаешь? И в художественном, и в финансовом плане. Мы все делим поровну. Поначалу многое делалось ради единства, чтобы мы оставались вместе. Теперь, когда единству уже ничего особо не угрожает, я подумал, что можно показать людям, кто что говорит. Так что это будет первый альбом, где мы будем указывать авторство песен, и я думаю, что мы продолжим так делать.

Как твой взгляд на мир отличается от взгляда Робби? Можно ли сказать, что он настроен более романтически?

Не уверен. Тебе придется самому с этим разобраться. В музыкальном плане, как гитарист, он делает более сложные вещи: он придумывает последовательности аккордов, прекрасные мелодии и другие такие вещи, а у меня получается что-то более блюзовое: протяжное, неровное, простое и архаическое. Разница между двумя любыми поэтами всегда очень велика.

Поначалу кто-то из нас, я или Робби, придумывал основную идею, слова или мелодию, а затем вся аранжировка для песни постепенно рождалась вечер за вечером, на репетициях или в клубах. Когда мы стали концертной группой, начали записываться в студиях, когда у нас появился контракт на выпуск такого количества альбомов за год, такого количества синглов за шесть месяцев, этот естественный спонтанный процесс не мог происходить так же, как в начале. Нам приходилось придумывать песни прямо в студии. Теперь я или Робби приходили с готовой аранжировкой, а не придумывали ее постепенно.

Ты считаешь, что это отрицательно сказалось на твоих песнях?

Да. Если бы мы только записывались, это было бы ничего, но мы делаем и другие вещи тоже, поэтому у нас не хватает времени давать вещам идти своим чередом. Наш первый альбом, который многим нравится, объединен общим настроением. Он очень мощный, потому что это был наш первый альбом и мы записали его за несколько недель. Нам потребовалось совсем немного времени: мы начали работать над ним после целого года постоянных выступлений, мы играли каждый вечер. Мы были полны сил, нам было что сказать, и мы чувствовали единство.

Следующие альбомы были тяжелее?

Да, тяжелее и дороже. Но это естественно. Мы зарабатываем по миллиону на каждом альбоме и выпускаем песни оттуда синглами, так что мы можем себе это позволить. Но это не всегда лучший способ записывать музыку.

Почему вы не выпустили концертный альбом?

Ну, я думаю, что для этого еще не пришло время. Мы были заняты другими вещами. У меня есть идея, что когда мы будем записывать этот альбом... я пока не вижу его полностью, но я бы сказал, что многие песни там будут из старой классики — из эры рок-н-ролла и блюза.

Есть какие-то исполнители из того периода, которые тебе особенно нравятся?

Это как с писателями: их так много, что мне сложно кого-то выбрать, слишком много, чтобы даже просто кого-то упомянуть. Действительно. Мы очень богатая страна в плане поп-музыки, просто невероятно богатая. Подумай обо всех людях, которые появились здесь в последние десять-двадцать лет. Потом будет очень интересно смотреть на это время, время блюза и рока. Все случилось так быстро. В исторической перспективе это будет похоже на время трубадуров во Франции. Я уверен, что это будет выглядеть невероятно романтично.

Только посмотри на нас. Мы же просто потрясающие. Я имею в виду людей, которые ездят на мотоциклах, у которых есть быстрые машины и интересная одежда, которые говорят разные вещи, искренне выражают свои чувства. Молодые люди. Да, мне это кажется романтичным. Мне нравится жить сегодня. Я думаю, мы будем нравиться людям из будущего, потому что происходит столько изменений и мы отлично с ними справляемся.

Я заметил, что ты иногда носишь крест. Ты католик?

Религия — это как философия, это то, чему ты уделяешь большую часть своего времени. Это может быть женщина. Это может быть какой-то наркотик. Это может быть алкоголь. Это могут быть деньги. Это может быть литература. Я думаю, что религия — это то, о чем ты думаешь больше всего и то, над чем ты больше всего работаешь. Я подсел на искусство и литературу. Мои герои — художники и писатели.

А крест, который на тебе был, это...

Почти случайность, на самом деле. Я вырос в христианской культуре, и крест — один из ее символов. Вот и все.

Ты планируешь больше печататься?

Я очень на это надеюсь. Это всегда было моей мечтой.

Кто подсадил тебя на поэзию?

Я думаю, это сделал тот, кто научил меня говорить. Действительно. Я думаю, это случилось, когда я научился говорить. До этого были прикосновения — невербальная коммуникация.

Автор текста: Джерри Хопкинс

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Бейонсе готова разрушить свой звездный брак из-за измены Джея-Зи с Рианной

После скандального избиения сестрой Бейонсе Джея-Зи в лифте отеля «Standart» тема близкого разрыва двух поп-звёзд обсуждается практически беспрерывно.

С каждым днём увеличивается количество новостей из осведомленных источников, подтверждающих, что Бейонсе и Джей-Зи пребывают на грани развода.

На днях инсайдер одного популярного американского издания рассказал, что Соланж накинулась на Джея-Зи из-за его всплывшей на поверхность интрижки с Рианной. Сестра Бейонсе проведала, что рэпер вознамерился отправиться на afterparty с Рианной, но захватить туда с собой супругу вовсе не планировал, решив весь вечер посвятить своей бывшей протеже.

Поговаривают, что поп-звёзды пока еще поддерживают брак исключительно «для вида» — выкладывая в Инстаграм общие фото и появляясь вдвоем на официальных вечеринках. Однако в реальной жизни они давно уже проводят время порознь. Сохранять видимость брака приходится поневоле — ведь совместный гастрольный тур под названием «On The Run» должен окупиться, да еще и принести какие-то финансовые дивиденды.

Помимо этого, на днях папарацци приметили Бейонсе, когда она осматривала некий пентхаус на Манхэттене. Разумеется, делала это исполнительница без ведома собственного мужа, да и зачем ей понадобилось бы съезжать из роскошного особняка в Трайбеке в куда более скромные аппартаменты?

MYRADIO.UA

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Леонард Коэн выпустит новый диск к своему 80-летию в сентябре

Леонард Коэн, 2013 год
© www.rollingstone.com

Канадский певец Леонард Коэн в следующем месяце отпразднует свое 80-летие. Чуть позже, видимо, состоится выпуск его нового диска «Popular Problems». Официально пока ничего не объявлено, но слив информации произошел на Leonard Cohen Event 2014 -фэн-конвенции в Дублине. Реальность известия подтверждает тот факт, что «Popular Problems» уже фигурирует на сайте Amazon France с датой выхода. Распространенный на конвенции буклет сообщил поклонникам музыканта, что Леонард Коэн активно работает над своим новым релизом.

«Он попросил меня поставить вас в известие, что в конце сентября выйдет «Popular Problems», - сообщил руководитель финского сайта Коэна Яркко Арьятсало. - Это произойдет после его дня рождения».

RS связался с Арьятсало по почте и тот подтвердил, что информация о новом диске получена непосредственно от Коэна. «Пока гастрольных планов у него нет. - пишет Яркко. - Но это не мешает нам ожидать великолепного студийного альбома. К его появлению есть все предпосылки».

Коэн публично поблагодарил Арьятсало со сцены в 2012 году на концерте в родном городе веб-мастера Хельсинки. «Житель этого города запустил сайт под названием «The Leonard Cohen Files», - сказал певец. - Этого человека зовут Яркко Арьятсало, и благодаря ему моя музыка с вами многие годы. Я очень ему благодарен». Напомним, что предыдущий альбом Леонарда вышел в 2012 году и назывался «Old Ideas». В 2012 году в интервью RS канадец признался, что на гастролях репетирует новые песни и будущая пластинка уже года на две трети.

rillingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Эрик Клэптон в новом документальном фильме «Самолеты, поезда и Эрик»

Эрик Клэптон
© www.youtube.com

Эрик Клэптон 4 ноября выпускает новый гастрольный документальный фильм «Самолеты, поезда и Эрик». Релиз состоится на DVD, Blu-Ray и в других цифровых форматах. Рассказывает картина о ходе тура Клэптона 2014 года и включает в себя 13 его концертных треков, в числе которых классические номера «Layla», «I Shot The Sheriff», «Crossroads» и «Wonderful Tonight». С трек-листом издания полностью можно ознакомиться ниже.

Рецензия на альбом «Eric Clapton & Friends: The Breeze – An Appreciation Of J.J. Cale»

Помимо песен, в издании найдется место интервью с Клэптоном и его группой — Стивом Гэддом (ударные), Полом Карраком (клавишные, вокал), Нэйтаном Истом (бас, вокал), Крисом Стейнтоном (клавишные), Мишель Джон (вокал) и Шар Уайт (бэк-вокал). Кроме того, там имеются съемки «скрытой камерой» с репетиций, саундчеков и долгих железнодорожных переездов с места на место.

«Самолеты, поезда и Эрик» вызывают огромный интерес еще и потому, что 70-летний музыкант не так давно заявил журналу Uncut, что подумывает о завершении гастрольной деятельности. «Переезды стали для меня невыносимы, — говорил в том материале Клэптон. — Все очень долго: бесконечное время тратится на проходы контроля в аэропортах, поездки по железной дороге и в автомашинах».

Что-то подобное в прошлом году Клэптон транслировал и в разговоре с Rolling Stone. «Когда мне будет 70, я остановлюсь, — сказал он. — Я буду играть время от времени, но от полноценных гастролей хочу отказаться». Клэптон не имеет никаких проблем с выступлениями на сцене. Его беспокоит только транспорт.

При этом Клэптон планирует продолжить играть и записываться в студии. Естественно, только в том случае, если будет хороший материал. «Не хотел бы я дойти до той точки, когда начну сам себя раздражать», — заявил он Uncut. Последний на сегодня релиз Эрика — «The Breeze: An Appreciation Of JJ Cale», который является его трибьютом ушедшему легендарному блюзмену Кейлу и объединил Клэптона с такими музыкантами как Том Петти («The Old Man And Me»), Джон Майер («Don't Wait»), Марк Нопфлер («Train To Nowhere», «Someday») и Уилли Нельсон («Songbird», «Starbound»).

Трек-лист фильма «Самолеты, поезда и Эрик» выглядит так:

1. «Tell The Truth»
2. «Pretending»
3. «Crossroads»
4. «Driftin»
5. «I Shot The Sheriff»
6. «Little Queen Of Spades»
7. «Layla»
8. «Wonderful Tonight»
9. «Key To The Highway»
10. «Before You Accuse Me»
11. «Tears In Heaven»
12. «Cocaine»
13. «Hoochie Coochie Man»
14. «High Time» (звучит на титрах)

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Metallica: «Мы записывались в крутой студии, но за ее пределами чувствовали себя ужасно»

Metallica

Весной 1984 года барабанщику Ларсу Ульриху, а затем и вокалисту Джеймсу Хэтфилду стукнуло по 20 лет, гитаристу Кирку Хэмметту — 21, а басисту Клиффу Бертону исполнилось 22 года. Юная трэш-металл группа с побережья Рэй-Бэй только прогремела со своим дебютным альбомом и сбежала с американского континета писать новый. В Копенгаген музыканты поехали по двум причинам: там когда-то создавали свой альбом «Difficult To Cure» легендарные хард-рокеры Rainbow, и, кроме того, европейские студии стоили значительно дешевле.

В датской студии Sweet Silence Кирк, Клифф, Ульрих и Джеймс создадут свой уникальный стиль. Мощная баллада «Fade To Black» с тяжелыми гитарными риффами, массивная фаталистская «For Whom The Bells Tolls», мрачный десятиминутный инструментал «The Call Of Ktulu» и их главная концертная фишка — «Creeping The Death» — впоследствии докажут, что и метал может быть мелодичным.

Прошло ровно 30 лет — «Ride The Lightning» шесть раз становился платиновым, а музыканты из нищих юнцов превратились в живых легенд. В честь юбилея пластинки Rolling Stone встретился с Ульрихом, Хэмметом и их продюсером Флеммингом Расмуссеном, чтобы узнать, как создавался знаковый альбом и что они думают о нем сейчас.
Как вы придумали название альбома?

Кирк Хэмметт: Я читал книгу Стивена Кинга «Противостояние»: там был момент, когда чувак, приговоренный к смерти на электрическом стуле, сказал, что ждет, когда «оседлает молнию». Тогда я подумал: «Блеск, лучше названия не придумать».
Вам было там комфортно?

Хэмметт: Нас было четверо: три простых американских парня и один датчанин. Последнему, конечно, все было в кайф, а вот троих американцев через пару-тройку недель потянуло на родину — наверное, мы испытали что-то вроде культурного шока.
Как справлялись?

Хэмметт: По большому счету, в Копенгагене мы делали два дела: писали музыку и коллекционировали бутылки. Вся квартира была заставлена пустыми пивными бутылями — как оказалось, их можно было потом обменять на полные! Я не могу сказать, что мы впали в депрессию, но время тянулось очень медленно. Наверное, это чувство проникло и в нашу музыку.
Вы хорошо себя вели в квартире друга?

Хэмметт: О, мы ее полностью разворотили. Наш друг хранил коллекцию видеозаписей с живыми выступлениями всевозможных групп: мы вставали с утра, включали кассету, потом шли на студию, возвращались, открывали пивко и опять включали запись - это все, что мы делали.
Флемминг, какое было первое впечатление о парнях?

Флемминг Расмуссен: Я не знал, кто они, но когда они заявились ко мне в студию Sweet Silence, я понял, что мы сработаемся. Правда, мой босс, который тащился от джаза, отвел меня как-то в сторонку и спросил: «Что ты нашел в этих придурках — они же даже играть не умеют!»

Ларс Ульрих: Флемминг был с нами на одной волне: мы хотели тяжелый саунд с мощными барабанными вставками, он записывал.

Хэмметт: Альбом «Kill' Em All» родился в ротчестерской студии в Нью-Йорке, где когда-то писала музыку группа Foreigner. Но нас тянуло в Sweet Silence — там Rainbow делали свой легендарный «Difficult To Cure». Нам безумно нравилось его звучание и мы хотели чего-то похожего и для своего альбома. Для этого нам нужна была та самая студия и, конечно, тот самый Флемминг.
Насколько был готов материал перед записью?

Хэмметт: «Creeping Death», «Ride The Lightning», «Fight Fire With Fire» и «The Call Of Ktulu» были готовы процентов на девяносто, если считать арранжировку и гитарные соло.

Ульрих: Наш общий друг Метал Джо одолжил нам подвал своего дома в Нью- Джерси — мы написали «Fade To Black» за декабрь 83 года и январь 84.
Кстати, песни «Fade To Black», «For Whom the Bell Tolls» и «Escape» мелодичнее и медленнее, чем «Kill' Em All». Вы так и задумывали?

Ульрих: Не думаю, что это было осознанное решение. До этого мы выперли Дэйва Мастейна (правда, парень не обломался и создал Megadeth) — новый альбом мы писали уже с Кирком и Клиффом. Они добавили нашей музыки чего-то нового. К тому же, записав «Fight Fire» и «Trapped Under Ice» — чистый трэш-метал — мы решили, что надо быть аккуратнее и не превращать альбом в однобокую работу.
Вы приехали в Копенгаген и сразу бросились в студию?

Хэмметт: Нет, наше оборудование украли в Бостоне как раз, когда мы отправились в Европу, у нас остались только гитары...

Расмуссен: У Джеймса был усилитель фирмы Marshall, специально настроенный под запись «Kill' Em All». Пришлось просить его у одной метал-группы, которая, слава богу, тогда тусовалась в Дании. Весь первый день в Копенгагене мы тестили усилители — их было штук девять. Потом мы еще пытались воссоздать звучание гитары Джеймса, получилось даже мощнее — и Джеймс был в восторге.

Хэмметт: Но в целом, нам было несладко. Мы записывались в крутой студии с великолепными условиями для работы, но за ее пределами чувствовали себя ужасно.
Откуда вы взяли звон колокола в самом начале?

Расмуссен: Это мы Ларса заставили бить по наковальне. Можно было бы просто вставить соответствующий звук, но в студии стояла огромная чугунная наковальня и металлический молоток — грех не воспользоваться!
Вы писали альбом в феврале, и наверное, умирали от холода?

Расмуссен: Мы писали ночью, поэтому, да, жопы мы отморозили. Одному Ларсу было тепло — комната с его барабанной установкой отапливалась газовыми батареями. Кстати, сейчас из студии сделали квартиру, и на месте, где когда-то сидел Ларс и записывал «Ride The Lightning», теперь гостиная. (смеется) Я даже думаю туда переехать.
Кирк, риффы из песен твоей предыдущей группы Exodus «Die By His Hand» и «Impaler» звучат и в «Creeping Death» и «Trapped Under Ice», соответственно. Это была твоя идея?

Хэмметт: Нет. Думаю, так вышло после того, как наш звуковик Марк Уитакер, который одновременно с этим работал менеджером Exodus, принес их демо-записи. Они-то, видно, и отложились в головах Джеймса и Ульриха. То есть, не то что бы я прямо кричал: «Парни, парни, вот рифф крутой, надо, чтобы он обязательно был и у Metallica в песнях!». Кстати, те риффы с «Die By His Hands» я написал еще в шестнадцать лет.
Припев «Die, die, die» вы поете все вместе?

Расмуссен: Я уверен, что либо Клифф, либо Кирк просто открывают рот. Мы как-то хотели вывести халявщика на чистую воду и на припеве парни резко замолчали. И кое-кто — не будем показывать пальцем — не пропел ни слова, хаха.
Каким был Клифф в студии?

Расмуссен: Он из тех парней, которые плевать хотели на общественное мнение. Он был талантливым музыкантом, хорошим человеком и отличным игроком в покер. Как басист он был словно блестящее соло среди простых гитарных риффов. Когда мы первый раз записывали песню, я из кожи вон лез, чтобы Клиффу было комфортно — он привык к хорошим условиям. В итоге, я поставил усилитель в другую комнату, и Клифф играл словно на сцене. Он был отличным парнем, и я никогда не забуду тот день, когда он умер — это был настоящий удар для всех нас.
Прямо посреди записи вы сделали перерыв на тур. Каково был вернуться домой?

Ульрих: Когда мы вернулись, у нас не было ни цента, и спать пришлось в студии, прямо на полу.

Расмуссен: Тогда они были совсем детьми и не доставляли особых хлопот. Только иногда приходилось заталкивать кого-то в душ, а то уже невозможно было находиться рядом. Футболки они надевали грязные. А так, мне безумно нравились эти детишки: мы без остановки писали с семи вечера и до четырех-пяти утра и так выматывались, что все остальное время они просто дрыхли.

Ульрих: Прямо за нашей дверью располагалась репетиционная точка Mercyful Fate — пару последних песен мы записывали у них. Мы были большими фанатами этой группы, но, поработав вместе, стали еще и хорошими друзьями и коллегами.

Хэмметт: До знакомства мы думали, что они какие-то сатанисты, бешеные преверженцы дьявола, но в реальности вы не найдете человека смешнее, чем Кинг Даймонд.

Ульрих: Они постоянно несли всякий бред вроде «Сейчас мы схватим нашего роуди, пустим ему кровь и отдадим ее в дар своему темному властелину». Более того, мы даже находили гусиные перья, которыми они якобы это делали. В целом, это был полный сюр, но не уважать и не ценить их было сложно.

Хэмметт: Я считал, что Mercyful Fate — боги хэви-метала. Никогда не забуду, как мы играли для них свои песни, и гитарист Майкл Деннер отвел меня после в сторонку и сказал: «Знаешь, парень, я всегда считал нашу группу лучшей на земле, но сейчас я понял, что ошибался». Мой мир тогда перевернулся.
Флемминг, вы сразу записали акустические соло Джеймса с «Fade To Black»?

Расмуссен: Мы очень запарились: сначала он играл, дальше мы врубали запись снова — он играл с небольшим опозданием, а потом мы прематывали пленку, чтобы получить некий магический эффект. Мы делали так с акустическим началом песни «Battery» (в альбоме «Master Of Puppets»). Тем же способом мы писали партии электрогитары, которые то появлялись на фоне, то исчезали.
Песня «Escape» — одна из самых цепляющих и коммерчески успешных. Почему группа не играла ее со времен фестиваля Orion, который состоялся 28 лет назад?

Расмуссен: Я помню, они говорили об этом. Они хотели заполучить крупный лейбл, и, написав эту песню, смогли подписать контракт.

Хэмметт: На том фестивале мы решили больше не играть «Escape» — нам не нравилось, как она звучит в живом исполнении.
Лейблы обивали пороги студии, пока ребята писали альбом?

Флемминг: Bronze Records хотели заполучить их, но просили переписать все песни с их пометками — «Мы знаем, как будет лучше». Ребята тоже знали, как лучше, и послали лейбл к черту. Bronze Records, кстати, спустя некоторое время развалились.
«Ride The Lightning» вышел 27 июля 1984 на лейбле Megaforce records, а после подписания группой контракта с другой компанией, Electra — еще раз 19 ноября того же года. Что вы сейчас думаете о реакции на альбом?

Ульрих: Люди были сбиты с толку: «Как? Акустика в металле? Что за бред?» Они, видимо, не знали, что акустику использовали и Black Sabbath, и Iron Maiden, и Judas Priest, так что мы далеко не первые это придумали.
Прошло 30 лет. Что вы сами думаете об альбоме сейчас?

Ульрих: В этой пластинке столько энергии и молодости! (смеется) Мы и сейчас частенько исполняем многие из тех песен: «For Whom The Bell Tolls», «Fade To Black», «Creeping Death», например.

Хэмметт: Было здорово отыграть все те песни еще разок на фестивале Orion. У этого альбома очень мягкий саунд — я очень его люблю.

Кори Гроу

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Совместный тур Queen + Adam Lambert = незабытое старое на новый лад

Вот уже второй месяц продолжается совместное турне Queen (Брайан Мэй и Роджер Тэйлор) и Адама Ламберта по США и Канаде, с дополнительно заявленными бонусными выступлениями в Австралии, Японии и Корее. Никого представлять, разумеется, не надо. Маршрут гастролей тоже понятен: Северная Америка — территория популярности американца Адама Ламберта, Япония и Корея — давние обожатели Queen. А Австралия — ну, пусть наконец и на их улице будет праздник.

С точки зрения обычного фолловера музыкальных новостей это событие — не такое уж удивительное. Ветераны рок-музыки частенько объединяются после многолетних перерывов, и даже окончания карьер. Едут в туры, видоизменяют line-up (ведь некоторых участников оригинальных составов уже нет в живых, увы), выпускают новые альбомы с переделанными или чудесным образом обнаруженными записями из лучших времен.

С точки зрения разного рода критиков и музыкальной прессы, ищущей чуть глубже, чем в верхнем культурном слое новостей — это предмет спора. Отметая сентиментальные моменты, они придирчиво всматриваются — а есть ли творческая ценность у этих ветеранских воскрешений? Сделают ли они действительно что-то новое? Чем удивят? Каково соотношение «творческий порыв/зарабатывание денег на былой славе»?

А вот в стане поклонников и преданных фанатов такие альянсы (и даже просто возвращения на сцену кумиров, без «новеньких») вызывают настоящие бури.

Так и в нашем случае (ваша покорная слуга знает настроения изнутри) — часть фандома Queen болезненно переносит сотрудничество Ламберта с Мэем и Тэйлором, видя в этом попытку заменить дорогого нашему сердцу Фредди Меркьюри. Что, разумеется, ошибочно и абсурдно, ибо просто не соответствует реальности. Другая часть фанатов относится к происходящему с пониманием, хотя кандидатуре Адама как «глашатая» песен их любимой группы тоже не все из них безоговорочно рады. Удачно «опробовав» Ламберта в мини-туре 2012 года, квины пришли к выводу, что можно пойти чуть дальше. Но споры не утихают — о правильности использования названия «Queen», об уместности выступлений без Джона Дикона, о «моральном облике» вокалиста и т. д. Стоит отметить, что ответы на эти вопросы известны и озвучены самими виновниками торжества — правильно, уместно, легально, обосновано.

Надо отдать должное смелости карьерного выбора Адама Ламберта. Для большинства современных исполнителей такие объединения немыслимы. Ладно еще дуэты, спели вместе разок и разбежались, но такое! Никто не должен «воровать» их славу. Поэтому отчаянно-смелый шаг американского артиста Ламберта — самоубийственный по меркам американского же шоу-бизнеса — вызывает больше уважения, чем все яркие дуэты последних времен вместе взятые. Тем интереснее будет следить за его карьерой в будущем. «Королева», хоть и не в полном составе, но в лице Мэя и Тэйлора, тоже получила свою сатисфакцию — пусть и при помощи дерзкого американского вокалиста. Никогда не жаловавшая их Америка, игнорировавшая их тем демонстративнее, чем громче была их мировая слава — сменила poker face на простую улыбку.

Итак, картина дня такова: зрители принимают их тепло. Пресса весьма благосклонна. Хитам Queen все еще подпевают. Получается, никто не внакладе. Особенно Австралия.

Но есть в этом сотрудничестве нечто действительно примечательное. То, что почти все упустили из виду. Мелькнувшая тенью возможность, показавшийся почти реальным (но неосуществимым — мы знаем это) шанс на супергруппу. Не цель, но видение.

(Супергруппа как термин — редкий случай в музыкальной индустрии вообще — объединение уже состоявшихся исполнителей в принципиально новый коллектив. Самый яркий из примеров — Traveling Wilburys. Еще Cream, The Firm, Asia, Bad Company, Emerson, Lake & Palmer, Дэвид Боуи в качестве вокалиста Tin Machine).

Конечно, слава Queen несоизмеримо больше славы Ламберта, так что вряд ли супергруппа могла состояться в полном смысле этого слова. И конечной задачи такой, скорее всего, не было. Адам Ламберт просто исполняет их песни, общий музыкальный материал не написан, никаких совместных альбомов нет — то есть, нет главного условия — нового творческого материала. Но некоторые условия были. Всего лишь намек, но он прекрасен.

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Живое видео от новой группы Роберта Планта

Фанаты Роберта Планта впервые услышали новую группу экс-вокалиста Led Zeppelin в 2012 году, когда Sensational Space Shifters выпустили LP «Live In London». Два года спустя коллектив презентовал студийный альбом «Lullaby And... The Ceaseless Roar», который Плант описывал как «праздничный, мощный, сухой, африканский, где транс скрещен с Led Zeppelin». Вокалист сам спродюсировал все 11 песен, сыгранных на самых разнообразных инструментах, от банджо и гитары до синтезаторов и джембе.

Ниже можно посмотреть лайв-клип на песню «Rainbow».

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Culture Club снова воссоединяются в классическом составе

Бой Джордж
© www.rollingstone.com

Грядущей осенью впервые за 14 лет Бой Джордж воссоединится с классическим составом Culture Club, чтобы в ноябре отыграть несколько североамериканских шоу, а также в 2015 году выпустить новый альбом группы. Также певец выступит 14 августа в качестве гостя шу Сета Мэйерса на канале NBC, вместе с Тэйлор Свифт.

Поп-герои 80-х объявили о планах на запись пластинки еще в мае, и сейчас стало известно, что в качестве ее продюсера выступит Юс, бас-гитарист и сооснователь группы Killng Joke и продюсер работ The Verve, The Cult и Primal Scream. Кроме Боя Джорджа в состав Culture Club входят басист Майки Крэйг, гитарист и клавишник Рой Хэй и барабанщик Джон Мосс. В 80-х группа гремела по США, трижды возглавив американский Топ-10, а продажи Culture Club достигли более 100 миллионов синглов и 50 миллионов пластинок. Распался коллектив после выхода в 1986 году альбома «From Luxury To Heartache», в связи с растущей напряженностью, вызванной наркотической зависимостью Джорджа. Однако в 1998 году музыканты справились с разногласиями и записали новый альбом «Don't Mind If I Do».
Даты выступлений Culture Club:

15 ноября – Ранчо Мираж, Калифорния
17 ноября – Окленд, Калифорния
19 ноября – Лос-Анджелес, Калифорния
22 ноября – Лас-Вегас, Невада
25 ноября – Нью-Йорк
28 ноября – Атлантик Сити, Нью-Джерси

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил

Гэри Кларк-младший: «новый Хендрикс» не перестает путешествовать

Гэри Кларк-младший

Rolling Stone уже неоднократно составлял списки «100 лучших гитаристов всех времен», но наша охота за молодыми талантами в области гитары далека от завершения. Именно поэтому на регулярной основе мы будем знакомить вас с лучшими дарованиями, вооруженными «гибсонами» и «телекастерами».

Гэри Кларк-младший был не раз провозглашен кем угодно, даже объявлен «новым Хендриксом» и спасителем блюза XXI века, благодаря своей огненной игре на гитаре и чрезвычайно душевному вокалу, продемонстрированным им на «Blak and Blu», его дебюте 2012 года на мэйджор-лэйбле. Начав, по собственному признанию, как «паренек из Остина, Техас, с гитарой и мечтой», 30-летний Кларк — чьим наставником был сам Джимми Воэн, его остинский товарищ — ныне пришел к тому, что разделяет сцену с такими августейшими особами рока, как Rolling Stones, Эрик Клэптон, Джефф Бэк и Бадди Гай. Он также выиграл «Грэмми» за «лучший традициональный R&B перформанс» ранее в этом году за свою песню «Please Come Home». Но микстейп 2014 года «Blak and Blu», который содержит переработанные — с помощью D-Nice, Big K.R.I.T. и Талиба Квели и других — версии его альбомных треков, показывает, что музыкальное видение Кларка выходит далеко за рамки простого блюза и R&B.

Кларк, который использует полуакустические Epiphone Casino как свое главное оружие, также имеет и полуакустические музыкальные предпочтения — и любовь к гитаре как к таковой; он пересматривает видеозаписи Тито Джексона, играющего на Gibson ES-345 на выступлениях Jackson 5 в ранних семидесятых. «Моя мама была очень большой фанаткой Джексонов, — объясняет он, — У нее были все их пластинки, и еще она записывала все их появления на телевидении, что бы это ни было. Конечно же, я любил Майкла Джексона, но меня всегда страшно интересовал тот парень в шляпе с красным акустическим «Гибсоном». Мне как-то попалась одна видеозапись их живого выступления, где они перепевают «Walk on By» Айзека Хейза: Тито играл фуззовую линию, и на этом моменте я просто помешался — я понял, что немедленно хочу гитару!»

В то время как такой одухотворенный подход Кларка ставит его уже в качественно совсем другой ряд исполнителей, чем такие современные блюз-гараж-рокеры как Джек Уайт и Black Keys, его непринужденное и свободное использование фуззовых тонов и эффектов дисторшена также отделяет его и от блюзовых пуристов, кто предпочитает болезненно чистые гитарные тона. «Я играю гораздо больше фузза, чем, вероятно должен был бы, — смеется он, — Но я все еще чувствую себя как тот 12-летний мальчишка, открывший это для себя в первый раз!» Кларк называет Эрни Айли из Isley Brothers и Эдди Хэйзела из Funkadelic в качестве своих главных героев фузза на все времена, но признает, что иногда он все же немного стесняется переусердствовать в этом деле. «Если такой парень как Джимми Воэн появляется на гиге и стоит сбоку от сцены, я бы тогда все время поглядывал на свою фузз-педаль, типа: «Стоит ли мне ее нажимать?»»

Аплодисменты «спасителю блюза» могут тяжелым бременем лечь на помазанника, но Кларк просто отмахивается от такого преувеличенного внимания и ярлыков. «Все открыто для любых интерпретаций и мнений, — считает он, — Я просто сейчас и здесь — и делаю то, что я люблю. Не думаю, что полностью раскрою весь свой потенциал, если начну делать то, чего люди ожидают от меня. Я люблю блюз; это мой фундамент, и я бы не находился сейчас где я есть, если б не получил такого образования еще в раннем возрасте. Но в то время как я рос, я также проводил время с людьми, кто слушали Nirvana, и я также слушал хип-хоп записи, а мои родители воспитали меня на Isley Brothers, Принсе, The Brothers Johnson и Earth, Wind and Fire. И все это сейчас у меня внутри, и не было бы никакого смысла отрицать это, потому что мне нравится играть, и я люблю экспериментировать, и существует столько разных направлений, которые стоит для себя открыть. Я не знаю, нужно ли мне слишком далеко сходить с тропы — потому что не хочу потеряться в лесу — но мне нравится блуждать в нем и искать приключений».

rollingstone.ru

• Ответить
• Редактировать
• Вырезать
• Отменить выбор
• Удалить
• Сообщить о нарушении Правил